+38 (094) 710-48-98
+375 (17) 256-12-67
Перезвоните мне
Ежедневно c 9:00 до 23:00

Биткоин как убежище (часть 1)

 14.09.2019

С 2008 года центральные банки влили в глобальную финансовую систему беспрецедентное количество новых денег. Накладываясь на большие разрывы в распределении богатств, это создаёт глубокие системные риски. В последние несколько месяцев проявились признаки того, что эти риски стали усиливаться и выходить на поверхность.

Складывающаяся ситуация сулит нам нечто большее, нежели просто рядовую рецессию – она предвещает потенциальный катаклизм, падение, которое сильно ударит по обычным инвесторам, но ещё сильнее – по пенсионным фондам и их клиентам, и несёт в себе угрозу самим основам нашей финансовой системы. Эта катастрофа – или даже просто угроза её наступления – вынудит наши правительства идти на экстраординарные меры в попытке предотвратить длительную экономическую депрессию. Это, в свою, очередь, приведёт к невероятному росту инфляции.

Единственным поводом для некоторого оптимизма на общем фоне, на мой взгляд, является появление Биткоина как нового класса активов. Я рассматриваю этот новый финансовый инструмент как одну из немногих возможных защитных мер для людей с нормальным доходом перед лицом проблем, наступление которых я прогнозирую.

Последующее изложение общеэкономического нарратива, за развитием которого я наблюдаю последние несколько лет, я буду время от времени перемежать своими наблюдениями и мыслями (выделяя их в тексте таким образом) о том, почему я считаю, что Биткоин будет приобретать всё большее значение, даже по отношению к традиционным активам-убежищам, таким как золото.

Мне кажется, это вполне очевидно, но в целях «раскрытия информации» замечу: я инвестировал в Биткоин и лично заинтересован в его успехе.

Добро пожаловать в экономику отрицательных ставок

Это исключительное время для экономики. Объём облигаций с отрицательной доходностью впервые превысил отметку в 16 трлн долларов. Доходность по 30-летним облигациям Германии тоже ушла в отрицательную зону, впервые в истории.

«16 трлн долларов (и эта цифра продолжает расти) в долговых бумагах с отрицательной доходностью – это плохо для управляющих долгосрочными обязательствами, таких как пенсионные фонды и страховщики. Сумма активов в управлении всех пенсионных фондов развитых стран в мае 2019 года составила 27,5 трлн долларов. На страны с отрицательной доходностью приходится 4,7 трлн $ от этой цифры».https://t.co/faE5Eiy6zbpic.twitter.com/hXmbq8KkhP

— Тревор Норен (@trevornoren)24 августа 2019 г.

Это означает, что инвесторы доплачивают правительствам (и некоторым компаниям) за привилегию предоставить им средства в кредит. То есть сегодня я выплачиваю немецкому правительству 10 000 $, а через 30 лет получаю обратно на 11 $ меньше. Интуитивно, в этом нет большого смысла: с учётом временной стоимости денег, наличные, которые у меня есть сейчас, через 30 лет должны стоить больше, чем теоретические наличные через 30 лет – хотя бы по причине риска не дожить до возврата денег, чтобы их потратить.

И есть ещё то, что мы называем «риском контрагента»: возможность (по общему мнению, небольшая) того, что правительство Германии просто не вернёт мне эти деньги, или существенной инфляции евро, которая может произойти в эти 30 лет, снизив покупательную способность моих 10 000 $ (намного более весомая вероятность). Риски, возникающие при предоставлении займа на столь длительный срок, должны как-то компенсироваться, но при отрицательной доходности кредитор, наоборот, сам доплачивает за то, что берёт их на себя.

Это может показаться не такой уж большой проблемой или чем-то совершенно абстрактным, имеющим отношение разве что к узкому кругу финансистов, беспокоящихся о базовых пунктах.

Если бы это было так.

Отрицательная доходность по долговым бумагам прямо влияет, например, на пенсионеров, потому что традиционно большой процент средств пенсионеров вкладывается в инструменты с «фиксированным доходом», или в облигации. Дело в том, что, как правило, люди тратят свои лучшие годы на то, чтобы заработать, сберечь и, возможно, инвестировать средства в более рисковые активы (акции), а по мере приближения к пенсионному возрасту предпочтения меняются, и они больше склоняются к тому, чтобы инвестировать большую часть средств в менее рисковые активы, приносящие постоянную прибыль, то есть в облигации. Это должно гарантировать, что ваши с таким трудом заработанные сбережения не сгорят при падении акций.

Но поскольку отрицательные ставки, вместо того, чтобы преумножать сбережения, сокращают их, пенсионеры – и пенсионные фонды, но о них мы поговорим отдельно чуть позже – станут сохранять свои деньги в рисковых активах или акциях, в результате чего основная часть их сбережений будет подвержена влиянию рынка акций, со всеми его драматическими эффектами:

Эти низкие ставки хороши для заёмщиков, будь то страны, компании или получатели ипотек, поскольку это снижает стоимость обслуживания долга. С другой стороны, низкие и отрицательные процентные ставки плохи для пенсионеров и пенсионных фондов, которые пытаются генерировать достаточный для покрытия своих обязательств доход на активы в управлении через покупку облигаций с низкой волатильностью. Эти группы будут вынуждены вкладываться в более рисковые активы и признать, что ради достижения своих целей им придётся иметь дело с большей волатильностью.

Суть в том, что никто на самом деле не знает, чем это закончится, так как мы никогда ещё не сталкивались с такой ситуацией.

Forbes

Отрицательные ставки и сами по себе производят странное и дезориентирующее впечатление, но в процессе реконструирования причин для их установления, как мы ещё увидим, обнаруживаются и другие большие проблемы.

Для этого и нужен Bitcoin.Bitcoin, как и золото, является «непроизводственным» активом, товаром. Это значит, что сам по себе он не генерирует прибыль, хотя очевидно, что за десять лет своего существования он изрядно вырос в цене.

По причинам, о которых я буду говорить чуть позже, этот новый актив, по-видимому, может служить инструментом для диверсификации сбережений и смягчения последствий всё более отрицательной доходности по государственным облигациям. Вложение в Биткоин от 1 до 5 % инвестиционного портфеля позволяет ограничить риск небольшим процентом от ваших сбережений, но при этом получить прибыль от значительного роста цены актива. Это воплощение стратегии штанги.

Инвестиция в Биткоин – это одна из немногих ставок с асимметричным соотношением риска к доходности, доступной для людей во всём мире.

Виджай Бояпати

Вместо того чтобы ради положительной доходности рисковать большой частью ваших сбережений на рынке акций, вы можете использовать небольшое количество биткоинов в качестве метафорического колл-опциона на новый класс активов, не подверженный тем уязвимостям, из-за которых и возникла эта ситуация с отрицательными ставками, в дополнение к другим болезням экономики, до которых мы, опять же, дойдём чуть позже.

Зачем мне вообще держать акции? 5% #bitcoin+ 95% наличными превосходят акции по риску И доходности все последние 6 лет…pic.twitter.com/WbB3n1VZLy

— PlanB (@100trillionUSD)7 июня 2019 г.

Как мы оказались в такой ситуации?

Итак, ничего сравнимого с этой 16-триллионной глыбой долговых бумаг с отрицательной доходностью раньше не происходило и с точки зрения здравого смысла эта ситуация представляется противоестественной. Но как это случилось?

В последние 30 лет правительства и, в частности, центральные банки, в попытке выработать контрциклическуюполитику, стали намного активнее прибегать к мерам денежно-кредитной интервенции (т.е. влиять на объём денежной массы). По большому счёту это означает, что правительства хотят сгладить естественные подъёмы и падения, свойственные бизнес-циклам.

Источник

При наступлении рецессии или депрессии, в дело вступает центральный банк и «обеспечивает ликвидность», то есть вливает в банковскую систему дополнительные наличные средства через такие действия, как покупка у некоторых банков национальных долговых инструментов по цене выше рыночной. За счёт этого на балансы банков поступают дополнительные денежные средства для кредитования, вследствие чего снижаются процентные ставки практически на все остальные банковские продукты. Отсюда возникают противоестественно дешёвые кредиты, которые должны стимулировать экономику, поощряя людей брать больше кредитов и покупать больше вещей.

Когда экономика начинает расти слишком активно, ФРС (центральный банк США) повышает стоимость денег и ограничивает кредитную экспансию, хотя за последние 20 лет такого не происходило ни разу. Как мы увидим, экономика стала глубоко зависима от дешёвых кредитов и проявляется эта зависимость иногда очень интересно.

Падение акций после сигналов ВРС о дальнейшем повышении ставок в 2019 г.

В 2018 г., когда ФРС попыталась поднять процентные ставки до предкризисного уровня, рынок обрушился на 11%. Это был худший декабрь со времён Великой депрессии. Это падение побудило Комитет по операциям на открытом рынке в составе ФРС в 2019 г. вернуться к политике снижения ставок.

Экономика больше не справляется с повышением процентных ставок.

После 2008-го

Одиннадцать лет назад вмешательство центрального банка приняло уже совершенно болезненную форму. Финансовый кризис 2007–2008 гг. был настолько тяжёлым, что Федрезерв вышел за рамки своих обычных мер. Он резко увеличил объём покупки казначейских долговых бумаг США и начал скупать такие высокорисковые инструменты, как ценные бумаги, обеспеченные ипотечными займами.

На графике ниже показан уровень нашей базы денежной массы, или объём валюты в обращении, плюс уровень резервов банков в ФРС. Это один из моих любимых графиков, рисующий совершенно безумную картину.

С 2008 г. было выпущено более 3,3 триллионов долларов (5x) новых денег.

Серыми вертикальными полосами выделены периоды рецессий.

Подвох с вмешательствами центрального банка заключается в том, что это дискреционный процесс, управляемый относительно небольшой группой лиц. Например, какой объём интервенции следует считать чрезмерным? В 2008 г. ответ, казалось, был «даже минимальные интервенции – это уже слишком много».

Как можно увидеть на графике выше, с тех пор объём денежной базы был увеличен примерно в пять раз. Почему это не привело к безудержной инфляции – тема для отдельной статьи (хотя, вероятно, ответ на этот вопрос может заключаться в том, что банки не могут использовать резервы для кредитования). Хоть мы и не наблюдали таких традиционных (и я бы сказал обманчивых) признаков инфляции, как пики в индексе потребительских цен и в расходах на личное потребление, вся эта экстра-«ликвидность» привела к формированию системных пузырей на важных системообразующих рынках, таких как рынок недвижимости

Увеличение денежной базы (синий) и рост цен на жильё (оранжевый).

и фондовый рынок.

Увеличение денежной базы (синий) и рост фондового рынка (красный).

Так что теперь рынок недвижимости перекуплен больше, чем перед падением 2007 г., а рынок акций… перекуплен почти в два с половиной раза больше, чем когда-либо.

Корень этого лежит в том, что движимые благими намерениями центральные банки пытаются защитить нас от волатильности, которая возникает в связи с естественными потоками капитала, меняющимися вместе со сменой деловых циклов. (Казалось бы, это совершенно очевидный сизифов труд, но ведь никто из нас не совершенен, правда?)

Наши европейские друзья прошли, в общем-то, через тот же процесс, только вместо того, чтобы пытаться «нормализовать» и ужесточить выдачу кредитов в последние несколько лет, им, чтобы предотвратить крах системы, пришлось пойти на ещё большие послабления – вероятно, из-за проблем с внутриевропейским долгом.

Это стало причиной установления глубоко отрицательных ставок по европейским долговым бумагам – Европейский центральный банк (ЕЦБ) агрессивно скупает облигации в попытке влить в экономику денежные средства, что приводит к снижению доходности облигаций и в процессе наносит вред любому, кто продолжает полагаться на фиксированный доход.

Для этого и нужен Bitcoin.Объём денежной массы Биткоина не может увеличить никто, не говоря уже о комитете из нескольких экономистов. Будет выпущен только 21 миллион монет. Никто не может решить попытаться изменить кредитные циклы с помощью «контрциклической» монетарной политики.

Поскольку денежная база Биткоина не может быть увеличена, то полученная вами во владение её доля не будет подвержена разводнению, и вы всегда будете владеть по меньшей мере той же долей. Это в буквальном смысле единственный актив из когда-либо существовавших, обладающий этой особенностью, и уже одно это делает Биткоин совершенно уникальным. Как результат, некоторые люди уже называют Bitcoin «метрической системой для ценности».

(Продолжение следует…)

 

https://jameso.be/2019/08/24/bitcoin-is-for-this.html

Новый коментарий