+38 (094) 710-48-98
+375 (17) 256-12-67
Перезвоните мне
Ежедневно c 9:00 до 23:00

Как я упустил самое главное в биткоине

 19.07.2017

Пришло время открыто признать свою ошибку.

Около пяти лет назад я написал для American Banker пост о биткоине, в котором подчёркивал низкую на тот момент стоимость пользования сетью и проведение платежей практически в режиме реального времени. В то время биткоин был явлением новым и не до конца понятным, и я упустил из виду, что, по мере роста популярности валюты, ограниченная пропускная способность одноранговой сети будет ослаблять оба этих преимущества.

Сегодня средняя стоимость транзакций превышает 2,5 доллара, а их подтверждение иногда занимает несколько часов. Затянувшиеся споры о лучшем способе масштабирования сети создали в сообществе биткоинеров раскол, кульминацией которого стала игра между фракциями во что-то вроде «кто первый даст слабину», угрожающая разделить валюту на две конкурирующие версии.

Остановлюсь на своём старом заголовке: «Быстрый как молния, дешёвый как грязь: биткоин показывает, какими могли бы быть банковские услуги.» Высокая скорость биткоина и низкие комиссии сети на ранних этапах были не главным. Безусловно, централизованные системы, которым не нужно поддерживать работу рассеянных по всему миру компьютеров для достижения консенсуса по состоянию реестра транзакций, в 21-м веке должны быть способны осуществлять недорогие платежи в режиме реального времени. И, возможно, биткоину удалось приблизить момент, когда это произойдёт. Пять лет назад в США такая цель вряд ли даже маячила на горизонте. Это было за годы до формирования Zelle, или рабочей группы Федеральной резервной системы по ускорению платежей. Автоматизированная клиринговая палата тогда не обеспечивала даже повсеместного расчёта в день заключения операции между банковскими счетами.

Тем не менее справедливо будет сказать, что – как в истории про человека с завязанными глазами, который ощупывает хобот слона и думает, что это змея, – в 2012 году у меня не было понимания всей картины. Самое важное, что есть в биткоине, что опровергает расхожую сентенцию о «решении в поисках проблемы» – это не скорость или стоимость транзакций. Равно как это и не псевдо анонимность адресов биткоина, которую вуайеристы, сплетники и непомерно любознательные «бывшие» – не говоря уже о правоохранительных органах – могут обойти путём анализа потока средств на публичном блокчейне. Это определённо не обменный курс к доллару, который прошёл непростой путь, но недавно обновил очередной исторический максимум, достигнув отметки 3 000 долларов за 1 BTC. (Кстати, если вы потребитель и это первая статья о биткоине, которую вы читаете, РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО, НЕ ИНВЕСТИРУЙТЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВЫ МОЖЕТЕ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ПОТЕРЯТЬ!)

Нет, главное в биткоине – это его цензуроустойчивость – то, чего я лишь вскользь коснулся в своём первом посте, когда упомянул, что криптовалюта может использоваться для покупки наркотиков в глубоком Интернете или отправки пожертвований WikiLeaks, счета которой в основных платёжных сетях, на тот момент, были заблокированы.

Устойчивость к цензуре решает реальную проблему, и не только для наркодилеров и авторов вирусов-вымогателей. Централизация может обеспечить большую эффективность, но также создаёт и определённые точки отказа, уязвимые для политического или социального давления. Как я писал годом позже, в 2013 году:

Отбросьте все свои представления о WikiLeaks или Джулиане Ассанже. Давайте вернёмся на шаг назад и подумаем вот о чём: законодатели заставили финансовые учреждения отказать в проведении платежей издателю, публикации которого компрометировали правительство.

Если таким образом можно подвергнуть цензуре WikiLeaks, то это же может случиться и с автором другой публикации или медийной организацией – будь то Playboy, High Times, Guns & Ammo, Fox News, MSNBC или American Banker – которые не понравятся кому-то наделённому властными полномочиями.

Но WikiLeaks продолжили принимать пожертвования в биткоинах. В этом заключается преимущество наличия децентрализованной системы, в которой платежи подтверждаются компьютерами для «майнинга», разбросанными по всему миру. В этой сети нет нервных акционеров, которых могли бы запугать демагоги. Всем, кто ценит свободу слова, приятно знать о существовании такого явления.

Вы скажете, что WikiLeaks – это крайний случай? Никто не беспокоится о крайних случаях, пока они не станут таковыми. Конституция, правовые процедуры, презумпция невиновности, обоснованное сомнение и криптовалюты – всё это обеспечивает ценные элементы защиты на крайний случай.

Разрешение на оплату

По мере того как мир переходит на цифровые технологии, и объём операций с наличными продолжает снижаться – подталкиваемый организаторами платёжных сервисов, стремящимися увеличить долю на рынке, и правительствами, стремящимися максимизировать налоговые поступления – попыток превратить доверенные третьи стороны в пункты контроля, скорее всего, будет намного больше. Писатель Бретт Скотт (Brett Scott) предупреждал об этом в прошлом году:

«Безналичное общество» – это ещё и общество, в котором банки смогут разрешать или не разрешать вам осуществлять платежи. Вместо прямого обмена между отелем и мной, это становится обменом между «нашими» и «не нашими» людьми.

Было бы слишком просто сказать, что устойчивость к цензуре «в эпоху Трампа имеет большее значение, чем когда-либо». Где были все эти отважные критики авторитарных тенденций нынешней администрации в 2011 году, когда Федеральная корпорация по страхованию вкладов (FDIC) опубликовала отозванный впоследствии список, в котором смешала в кучу порнографию, «расистские материалы» и другие не запрещённые законодательством виды бизнеса и схемы Понци в качестве примеров «высокорисковых отраслей»?

Правда заключается в том, что Комстоки электронной коммерции преследуют идеологические цели, и правительства являются не единственным их оружием. Два года назад, после стрельбы на почве расовой ненависти в Южной Каролине, активисты оказывали давление на eBay, Amazon и другие компании с тем, чтобы они прекратили продажу товаров с флагом Конфедерации, включая даже сувенирные машинки из фильма «Придурки из Хаззарда«. Опять же, отбросьте свои чувства по поводу стрельбы или того, что может собой символизировать флаг. Подумайте вот о чём: если одна группа шумных активистов может наброситься на eBay с требованием прекратить продажу (не несущих угрозы жизни и здоровью) товаров, которые вы находите оскорбительными, то кто-то другой может попытаться подвергнуть цензуре то, что дорого вам. И да, я понимаю, что этот «запрет» не являлся нарушением Первой поправки к Конституции: люди имеют право бойкотировать или протестовать против чего они считают нужным, равно как частные предприятия имеют полное право прекратить продажу того или иного продукта, руководствуясь любыми причинами. Но в мире, в котором любые платежи и переводы могут подпасть под запрет, инициированный поборником каких-либо добродетелей, сегодняшние политически корректные социальные нормы могут превратиться в опасный инструмент управления.

В 1873 году Энтони Комсток (Anthony Comstock) убедил Конгресс запретить почтовую пересылку непристойных материалов. Пользователи биткоина не пострадали.

 

Деньги республиканцев, деньги демократов

Для того чтобы понять, что может произойти, достаточно обратить внимание на недавнюю шумиху со спонсированием USAA программы Шона Ханнити (Sean Hannity) на телеканале Fox News или на прекращение финансирования Банком Америки (Bank of America) злободневной интерпретации шекспировского «Юлия Цезаря».

Теперь, когда я слышу очередного болтуна, выступающего по ТВ с теорией заговора, я смеюсь и переключаю канал. И избегаю чересчур актуальных и острых театральных постановок. Люди, имеющие в своём распоряжении большее количество времени, пытаются очистить мир от плохих мыслей – как бы они их ни определяли – и пытаются рекрутировать в свои крестовые походы корпоративную Америку.

Финансовые учреждения, будучи центрами проведения огромного количества транзакций, станут главной мишенью для вербовки и инструментом влияния. Повторюсь, это не притянутая за уши угроза. Это уже происходило с индустрией «греха» и краткосрочным потребительским кредитованием.

Если угодно, можете в очередной раз вспомнить про некие «репутационные риски«. Но в большой, культурно неоднородной и всё более поляризованной нации, разрыв деловых отношений только для того, чтобы сохранить лицо перед либеральными бруклинскими хипстерами, может нанести вред репутации компании в глазах покупателей из традиционно республиканских штатов, и наоборот.

Аполитичные деньги

Справедливо будет заметить, что политика делает людей глупее. К счастью, биткоин был разработан аполитичным. Его может использовать кто угодно – будь то Джейми Даймон (Jamie Dimon) или доставщик пиццы.

Если нелегальный мигрант, находясь в Калифорнии, захочет отправить биткоин своей тётушке в Мексике, то президент Трамп не сможет остановить транзакцию (хотя он может усложнить обмен долларов на биткоины по эту сторону границы). Если одинокий человек в инвалидной коляске захочет заплатить биткоин совершеннолетнему человеку в другом городе за то чтобы тот разделся перед веб-камерой, то все объединённые силы моралистов от религии и защитников прав женщин не смогут воспрепятствовать проведению транзакции. Если вы захотите расплатиться биткоином за винтажный винил Lynyrd Skynyrd с «проблемными» образами на обложке, то все воины социальной справедливости из всех колледжей Америки не могут остановить транзакцию.

Негативный аспект устойчивости к цензуре заключается в том, что этим инструментом точно так же могут воспользоваться и действительно опасные люди, такие, как ИГИЛ (организация запрещена на территории Российской Федерации). В своей недавней статье исследователи из Rand Corp. писали, что «использование цифровых валют среди террористов пока нешироко распространено«, но эта ситуация может измениться. У меня нет на это действительно отличного ответа, который бы не возвращал нас обратно в область политики. Достаточно будет сказать, что долгосрочные решения проблемы терроризма могут выходить за рамки политики предоставления финансовых услуг.

От политики трудно уйти. И, к сожалению, политика может разрушить биткоин.

Цена масштабирования

Споры по поводу масштабирования биткоина увлекательны, сложны и высокотехнологичны, и я не могу выступать экспертом в этой области. Сильно упрощённая версия событий выглядит примерно следующим образом:

В течение нескольких лет члены одного лагеря хотели оперативно увеличить пропускную способность сети путём увеличения максимального размера блока транзакций (на данный момент, 1 Мбайт), которые добавляются к блокчейну каждые 10 минут. Блоки большего размера сокращают среднее время проведения транзакций, увеличивают количество транзакций, которые могут быть обработаны в секунду и понижают комиссию. (Пользователи, которые хотят, чтобы их транзакции обрабатывались быстро, должны платить более высокую комиссию, чтобы мотивировать майнеров, записывающих транзакции в реестр, повысить их приоритет). Сторонники увеличения размера блоков утверждают, что это изменение необходимо вводить срочно, учитывая увеличение очереди ожидающих подтверждения транзакций и рост комиссии за перевод средств по сети, что делает биткоин менее привлекательным в качестве альтернативы Visa или Western uniоn.

Представители другого лагеря считают, что нужно действовать осторожнее. Они отмечают, что для формирования блоков большего размера требуются более мощные компьютеры, что сокращает количество узлов, которые могут хранить копию всего блокчейна и перепроверять работу майнеров. Сам по себе майнинг уже слишком централизован и большая часть вычислительных мощностей находится в Китае. Блокчейн-консерваторы, как правило, предпочитают решения «второго уровня» – как, например, Lightning – которые должны отдельно отслеживать частые микроплатежи за чашку кофе и т.п., а основной блокчейн биткоина при этом используется только для окончательного расчёта.

Выносились и различные компромиссные предложения, но дискуссии становились всё более острыми, а сторонники разных лагерей не доверяли друг другу. Это противостояние достигнет кульминации 1 августа, когда может случиться «форк«, который поставит держателей биткоинов в ситуацию, подобную сплиту (дроблению) акций, но сопровождаемую рисками смешения товарных знаков. (Какая из двух монет будет настоящим биткоином?) Эфириум, вторая по величине криптовалютная сеть, пережила подобный раскол в прошлом году, и как у Эфириума, так и у Эфириума Классик есть свои преданные сторонники.

Существуют и сотни других криптовалют. Большинство из них кажутся в разной степени недоработанными или подозрительными. Некоторые из них представляют интерес – как, например, Monero или Zcash, каждая из которых разрабатывалась с целью предоставить пользователям большую степень анонимности, чем биткоин. Ни одна из этих монет пока не сумела достичь сетевого эффекта биткоина.

Время покажет, сможет ли биткоин убить двух зайцев сразу. Миру нужны более дешёвые международные платежи, но ещё больше он нуждается в цензуроустойчивых способах осуществления платежей. Банки должны быть способны обеспечить первое – возможно, за счёт частичного использования технологии биткоина – но в отношении второго биткоин остаётся нашей самой большой надеждой после наличных денег.

Новый коментарий